Как жизнь древних римлян вдохновляла литвинов на великие дела?

Как жизнь древних римлян вдохновляла литвинов на великие дела?
Римская культура питала средневековую Европу, задавая идеалы рыцарства, жизненные ориентиры, моральные принципы. Латынь была языком науки и религии, инструментом просвещения и сохранения знаний. Законы погибшей империи стали основой для новых кодексов, регламентировавших жизнь во многих странах европейской цивилизации. Не исключением стали и земли литвинов.
 
Эпоха Возрождения в Великом княжестве Литовском только обострила интерес к римским традициям. Культура, идеалы Ренессанса сначала стали модными при дворе великих литовских князей. Затем аристократия стала все больше ценить античные образы, труды греческих и римских мыслителей и поэтов. К 15 веку интерес к античному миру проникает в низшие слои общества ВКЛ. Летописцы указывают, что двор великого князя Александра восхищался римскими добродетелями, римским духом.

Римские легионы
Память о подвигах римских легионов жила в литвинском обществе
 
Это же преклонение перед древними идеалами перешли и к придворным кругам  Сигизмунда I Старого и его наследника Сигизмунда II Августа. Именно влечение к античным идеалам, к ушедшей давным-давно жизни древних римлян заставляли князей выписывать из Италии умелых зодчих, ваятелей, живописцев, сочинителей и исполнителей музыки. Латинские поэты подражали Вергилию и Горацию, но воспевали в звучных строфах подвиги литвинов и их властелинов.
 
Прежнее любимое занятие великих князей литовских – охота в пуще – стала в подражание римлянам обставляться с небывалой пышностью. В 15-16 веках выезд великого князя Литвы представлял собой целый спектакль: сотни собак, охотничьи птицы, ловчие, музыка, целые обозы с посудой, вином, припасами.
 
Устраивали богато убранные и величественные арки, с гирляндами, в дорогих шелках, с барельефами. Строили для аристократической публики грандиозные амфитеатры, в которых сражались всадники с дикими зверями, с разъяренными зубрами и медведями.
 
В 16 веке литвинская знать с большей роскошью, чем прежде проводит многочисленные пиры. Причем роскошные званые обеды собирают знать не только при дворе великого князя, но и в резиденциях магнатов. Жизнь древних римлян была полна подобных торжеств. Вот и литвины стремились превзойти античных патрициев и богачей в роскоши и умении наслаждаться благами мира.
 
Римские идеалы и образы литвинские аристократы к началу 17 века все шире используют для обоснования древности рода, для подчеркивания своего благородства и заслуг. К примеру, князья Радзивиллы, обладавшие бескрайними земельными имениями, считали необходимым поддерживать легенду о своем римском происхождении.
 
Согласно радзивилловским хронистам, этот род вел свое начало от соратника мифического римлянина Полемона. Некто Дорспрунг бежал в литовские леса от гнева римских принцепсов, где и построил Рамнову, селение Новый Рим. Радзивиллы в свое время приложили немало усилий, чтобы получить княжеский титул из рук императора Священной Римской империи Германской нации.
 
Это произошло в 1547 году. С этого времени начинается великая слава Радзивиллов, явившая множество примеров истинного благородства, служения родине, но и одновременно ряд представителей магнатского рода озадачивали современников своими выходками, страстью к порокам, которая и сравниваться порой не могла с «подвигами» в разврате императоров вроде Нерона или Тиберия. 
 
Жизнь древних римлян, сохраненная в творениях Тацита, Плутарха, Аппиана и других авторов древности,  породила на долгие столетия знаменитый сарматский миф. Шляхта считала, что ее предки были представителями воинственного сарматского племени. Сарматов соотносили с римлянами, жившими якобы в Восточной Европе, на далеких границах империи Цезарей.


Полемон
Мифический римлянин Полемон считался родоначальником государства литвинов
 
Популярными у литвинской знати были мифические рассказы о битвах древних пращуров с легионами Цезаря или с воинами самого Александра Македонского.
Такие легенды любили вспоминать пропоыедники и ученые мужи, произносившие речи во славу великих князей на разных торжествах. К примеру, ректор университета в Кракове Ян из Людзишки приветствовал избранного короля Казимира Ягеллона речью, в которой надеялся на усмирение магнатов потомком римских патрициев. Естественно, этим самым потомком Ян считал короля Казимира.
 
Гуманист Ян Остророг в речи к папе римскому Павлу Второму указывал, что литвины продолжили славу Гая Юлия Цезаря, отвоевав у варваров Вильно, город, якобы заложенный некогда самим Цезарем.
 
Бытовали в землях литвинов и теории, которые обосновывали происхождение жителей ВКЛ от Гнея Помпея, противника Цезаря. На эту теорию напирает писатель Ян Длугош, рассказавший историю о строительстве сторонниками Помпея города Ромова. Длугош полагал, что само название Литвы происходить от искаженного «Италия» по латыни. Он же отмечал, что на родство литвинов с римлянами указывает почитание грома, молний, лесных кущ.
 
Публицист Михалон Литвин также был склонен проводить аналогии с римской историей. Он не сомневается в существовании мифического Полемона и его 500 спутников, бежавших в Литву из Рима, но указывает, что эти люди были не жертвами ярости Цезаря, а его воинами. Легионеры плыли якобы в Британию и сбились из-за бури с пути. Так они оказались сначала на Балтике, а потом в лесах у Вильно.
 
Римские образы фигурировали и в полемике, которую вели публицисты Великого княжества Литовского со своими оппонентами из Московии. Таким образом жизнь древних римлян не только становилась примером для подражания, но и настоящим идеологическим оружием, с помощью которого литвины отстаивали свою идеологию декларативного равенства всех перед законом, перед понятием общественного блага.