Священники, крестьяне, офицеры. Как православные люди Польши и Литвы отстаивали волю и землю?

Священники, крестьяне, офицеры. Как православные люди Польши и Литвы отстаивали волю и землю?
Безумные  фанатики-ксендзы и одержимые манией величия шляхтичи. Такими, если  верить верноподданной российской прессе, были главные участники  восстания 1863 года в Польше и Литве. У каждой группы повстанцев якобы были свои интересы. Католические патеры хотели пополнить свои поредевшие приходы новоприобретенной паствой. А шляхтичи просто  грабили на больших дорогах, потому что  ни торговать, ни работать они не умели, а широко пожить привыкли.
 
Зато сражались против этих супостатов, задумавших прогнать христолюбивое царское воинство из западных губерний, исключительно харизматичные отцы-командиры да благонравные и кроткие пастыри православных приходов. Последних злая шляхта истребляла нещадно, сжигая на кострах и топя в болотах.
 
Исторические факты, однако, поставили бы верноподданных публицистов в тупик. Потому как царские каратели, как оказывается, старательно убивали не только мятежных католиков да шляхтичей, но и этих самых православных батюшек, которым  следовало вести в бой с молитвой казачьи полки.
 
Крестьянство Северо-Западного края угрюмо наблюдало за боевыми действиями 1863 года. И порой не только оставалось пассивным зрителем, но и бралось за косы и за вилы. Особенно, когда каратели  для устрашения сжигали целые хутора и деревни вместе со скотом и нередко частью жителей. Тогда литвины шли на смертный бой.
 
В своих письмах в Петербург чиновники и офицеры нередко писали с немалым удивлением, что находят деревни брошенными. Оказывалось, что жители при приближении воинских отрядов уходили в болота и чащи, бросая избы. А нередко в таких пустых селениях колодцы бывали отравлены. Все это напоминало ситуацию, которую описывали наполеоновские офицеры, воевавшие в Испании с местными герильясами.
 
Каратели при массовых расстрелах и повешениях захваченных с оружием смутьянов не интересовались вероисповеданием. Пуля и пеньковая веревка провожали в братские могилы католиков, православных, иудеев, мусульман. Великое княжество Литовское было многоконфессиональной страной. 
Массами пополняли отряды восставших крестьяне Белостокской округи. Они захватили целый город Сураж.

Проповедь православного священника перед выступлением повстанцев в бой
Проповедь православного священника напутствовала в бой с царизмом крестьян и шляхтичей
 
История сохранила имена православных бойцов из повстанческих отрядов, яростно дравшихся за землю и волю, которые обещала им «Мужицкая правда» Кастуся Калиновского. Изумлял товарищей свои мужеством косиньер  из  отряда Светлинского (Перуна)   25-летний Толочко Саверил Августинов из деревни Чехи. В отряде Старжинского сражался храбрый  18-летний юноша Козловский Шимон Якубов из деревни Желтки (Белостокского уезда).
 
Отряд Александра Ленкевича насчитывал несколько сотен крестьян и бедных шляхтичей. Большая часть их исповедовала православную религию. Взятый карателями в плен 17-летний панский батрак Кучинский Михаил Алексеев из деревни Толочки (православного вероисповедания) признавался военно-полевому суду, что воевать пошел за свободу.
 
Некий православный батрак Антон Бартанчук из деревни Гутица рассказывал суду о том, что стрелял в солдат царя из старого ружья пока то не разорвалось. Потом его ранили. Только из-за ранения попал в руки карателей. 
 
Но многие православные повстанцы вообще не сдавались ни при каких обстоятельствах.  Православный 21-летний садовник Семеновский Иван Михайлов из поместья Вилянов после разгрома отряда полковника Ленкевича ушел к другим партиханам и дрался с карателями в рядах повстанцев Августовских лесов.
 
Немало нашлось среди православного духовенства Северо-Западного края священников, которые были в опасности вместе со своей крестьянской паствой. К примеру,  в повстанческом отряде исповедовал раненых монах Супрасльского монастыря Феодосий Дыминский. Он должен был жить и молиться в Жировичской обители, но вместо спокойного монастырского житья выбрал походы вместе с партизанами.
 
Активно призывал к борьбе с царизмом и 43-летний Николай Мороз --  православный священник, который проповедовал слово Божие в Лопатине под Пинском. Он читал шляхте манифесты повстанцев, рассказывал о задачах восставших и призывал скорее брать в руки оружие, чтобы выгнать из родных земель царских чиновников. Отец Николай попробовал убедить в верности своих взглядов дьякона, но тот струсил и отказался связываться с бунтовщиками. На священника-смутьяна написал донос некий Стахович, из-за чего потом Мороза изгнали из прихода и лишили сана. Он попал на каторгу на целых 10 лет.

Священники
Православные священники исполняли свой долг, не всегда служа царю-батюшке
 
В битве под Миловидами водил в атаку косинеров   21-летний православный дворянин Ипполит Каретинский из отряда Франциска Юндила. Большая часть участников Миловидской битвы были православные. Жители православных Жировичей были увлечены местными православными священниками в ряды участников восстания, пополнив отряд Валерия Врублевского.

Лица духовного звания были не единственными представителями привилегированных сословий Российской империи, переходившими на сторону повстанцев.
 
Известно, что на стороне патриотов Польши и Литвы воевали и офицеры Новоингерманландского полка Ельчанинов и  Ремишевский. Эти православные воины не пожелали соблюдать присягу белому царю и честно сражались в отряде Трусова (под Минском). Обоим прапорщикам повезло. Их не расстреляли и не отправили добывать руду в Нерчинске. Они ушли в эмиграцию и добрались до Парижа.
 
Борьба против царского деспотизма, как видно, была делом многих независимо от веры и социального положения. У повстанцев была высокая цель – вольность, благосостояние для всех. За такие идеалы свободы они и отдавали свои жизни.