Тираны и гении. Кем были князья-чудаки, ставшие персонажами народных преданий литвинов?

Тираны и гении. Кем были князья-чудаки, ставшие персонажами народных преданий литвинов?
Когда говорят о чудачествах белорусских (литвинских) магнатов, то обязательно вспоминают россказни про то, как Радзивилл Пане Коханку, великий мот и любитель погулять, возил любовниц летом по шляху, усыпанному солью. Но история сохранила имена других чудаков, которые в далекие времена казались простым пахарям и пастухам чародеями и волшебниками.
 
Между тем чудачества магнатов не всегда имели под собой причину разнузданные страсти или желание подчеркнуть свое богатство. Немало представителей магнатских родов. В том числе и представители рода Радзивиллов, хотели блага своему народу.
 
Действительно, одной меркой нельзя измерить и жестоких тиранов, убийц, и просветителей, ученых, писателей, хотя и те и другие происходили из аристократических кругов Великого княжества Литовского.

Пане Коханку
 Князь Радзивилл Пане Коханку


На фоне своих современников князь Мацей Радзивилл, подкоморий великий литовский (1786—1790) и последний каштелян виленский (1790—1795) кажется едва ли не радикальным бунтарем. Он искренне мечтал о равенстве и главенстве справедливых законов, которые сделают жизнь в родном краю более разумной, творческой.
 
Потому и поддержал князь замечательную Конституцию 3 мая  1791 года, которую принял польский сейм. Это была первая Конституция в Европе, которая смело ломала сословные рамки.
 
Мацей встал под знамена патриотов, которых объединил вокруг себя Тадеуш Костюшко. Княжеские сокровища были отданы на формирование вооруженных отрядов в защиту революции 1794 года. Мацей Радзивилл охотно раздавал вольные всем своим крестьянам, которые вставали на борьбу с царскими войсками.
 
Стремление к вольности и защита родной страны обрекли князя-революционера на преследование царскими сановниками. У него отобрали опеку над юным князем Домиником, которому достались после смерти пане Коханку громадные радзивилловские латифундии.

Солдаты
Солдаты из войск Тадеуша Костюшко
 
Интересно, что свои вольнолюбивые идеи Мацей пропагандировал еще задолго до революции Костюшко в Варшаве. В его  опере «Агатка» проповедовалось равенство и утверждалось, что крестьяне такие же люди, как и шляхта, купцы, чиновники. Что нужно уважать труд земледельца и ценить тех, кто создает богатства. Многие места в крамольной опере задолго до премьеры были вычеркнуты цензурой короля Станислава Понятовского.
 
Просветителем и вольнодумцем был и другой Радзивилл – князь Ульрик. Он много читал, интересовался точными науками. Астрономией, механикой. До своей смерти в 1770 году он смог многое сделать для государства. Ходил войной на украинских гайдамаков, укреплял войско Великого княжества.
 
Но военные походы и политика не отнимали у него стремления к книжной мудрости. Князь собрал громадную библиотеку, в которую вошли издания на всех языках стран Европы, а также на языках античного мира – латыни, греческом. 
 
Планировал он и пересмотреть грамматику языка литвинов (белорусского), которая, как полагал князь, нуждалась в новых формах и правилах, которые правильно отражали бы фонетические особенности языка.
 
Современники любили вспоминать, что князь Ульрик много раз повторял, что женщины отторгают у мужчин слишком много времени и сил. А потому лучше восхищаться женской красотой на расстоянии. От слов Ульрик перешел к делу. Заказал портрет никогда несуществовавшей, выдуманной красавицы и сочинял в ее честь мадригалы, гимны, писал музыкальные пьесы.
 
Известно также, что князь Ульрик переводил на белорусский язык и французские сочинения: романы, сборники нравоучительных миниатюр. Этим он думал смягчить нравы своей эпохи. Удалось ли? Судить потомкам.
 
В конце концов даже «литвинский Дракула», как называли когда-то князя Мартина Радзивилла, начинал свои каббалистические опыты из стремления творить добро, помогать людям. Конечно, этот магнат слишком скоро разочаровался в милосердии и добре, завел себе гарем и стал выматывать души из невольников, которых бросал в подземелья родового замка.
 
Но это уже другой тип князей-чудаков, которые вместо занятий истинной наукой и искусствами обратили свои взоры к разрушительной магии колдовству.